Институты в эпоху цифровой трансформации: формирование новых политик

Государство реализует себя через право и правоприменение. А слышит через язык страхов и ожиданий, но не права

Экспертная группа «Европейский диалог», Московская высшая школа социальных и экономических наук и Фонд Генриха Бёлля продолжают реализацию совместного долгосрочного проекта «Четвертая технологическая революция и общество: идеи, смыслы, стратегии».

На состоявшемся на днях очередном семинаре была определена первая из тем для углубленных исследований и международных дискуссий, работа над которой рассчитана на один год — «Изменение института юрисдикции«.

Василий Буров, программный директор проекта, делится с нами краткими тезисами состоявшейся заинтересованной и оживленной дискуссии, в которой приняли участие эксперты МВШСЭН, «Европейского диалога», НИУ ВШЭ, ИМЭМО, Института психологии РАН, журнала «Философские науки», АНО «Модернизация», АНО «Инфокультура» и другие:

«Возникает естественное противоречие между корпусом наднациональных законов, национальных и корпоративных. Где и куда подавать в суд на Facebook?

Где сегодня границы у таких субъектов мягкой силы, как Wikipedia или Change.org? При этом Wikipedia управляется внутренними коллективными правилами, внутренним нечто, что иногда не соотносится с местным законодательством.

В мире разворачивается борьба за власть над пользовательскими данными. Три крайних позиции – данные пользователя (персональные, логи действий, фото-, видео- и иные возникающие цифровые артефакты деятельности) должны принадлежать или государству, или владельцу сервиса, или же самому пользователю. Россия и Китай выбрали первый путь и развивают локальные законы в области запрета трансграничной передачи, хранения и обработки персональных данных. Евросоюз идёт в сторону не запрета, но регулирования трансграничной передачи. США защищает данные своих граждан, но не иностранных пользователей цифровых платформ.

Есть мнение, что вопрос лишь в том, чьё законодательство жестче – условного Facebook или РФ. То есть не расширение, а сужение правового поля происходит при рассмотрении действий пользователя цифровой платформы с гибридной юрисдикцией.

Договор с Facebook это гражданская правовая сделка, заключенная на территории РФ, она подчинена законам РФ. Если там написано, что стороны соблюдают другую юрисдикцию, то это так, оно распространяется только на участников договора. При этом нормы не должны противоречить той юрисдикции, согласно правилам которой они заключены.

Сегодня жизненные практики перестают соответствовать сложившемуся законодательству, точнее, оно перестало им соответствовать. Суд пока — это здание, куда нужно физически прийти. Поэтому важно место его нахождения. Но вопрос же не в месте, где находится суд. Проблема в том, сколько граждан Facebook и сколько там разных юрисдикций, которые перемешиваются при взаимодействии пользователей.

А что с государствами? Где им хранить данные? А позиция по суверенитету их какова? Понятие о суверенитете сильно изменилось же. Сейчас терминами 18-19 века говорят. Юрисдикцию, которой подчинены данные, для простоты определяют по физическому расположению сервера с этими данными.

Интересно, что всё не в первый раз проходится. Якушев, работающий в ICANN, имеет бэкграунд космического юриста. В 1960-70 годах СССР и США космическое право разрабатывали, и тогда в итоге получилось договориться. Но насчёт Интернета пока же есть только ООН’овская формулировка — «agreed to not agree» – страны участники процесса договорились ни о чём не договариваться.

Но проблема уже созрела. Если раньше границы в цифровой среде шли по экрану/рабочему месту, то теперь за экраном появились слои, разные позиции, глубокое взаимодействие цифровых сервисов и реального мира. Если государства не будут готовы и не договорятся насчёт юрисдикций в цифровой среде, то договорятся другие. Сила явно переходит к другим (корпорациям, см. пример частной таможни Alibaba). Приватизация государственных функций — это то, что идёт в мире.

В РВК по итогам исследования не смогли дать механизм однозначного определения принадлежности компании. Невозможно определить.

Гипотеза — платформы определяются языком. Facebook дал средство коммуникации – язык в широком смысле.

Ещё интересные объекты для исследований и анализа – компьютерные игровые вселенные, в которых играют люди из разных стран. При этом кого формируют игры, неизученный вопро. Что там развивается на самом деле? Как и кем регулируется пространство игр? Можно сказать, что там другие люди формируются. Особенно это интересно с той точки зрения, что государство — это среда формирования народа. А теперь получается, что в игровых средах формируются другие народы. К тому же никогда не было в истории ситуации, когда есть бесплатная глобальная коммуникация. Теперь сообщества формируются нигде. Нет территорий.

К гипотезе про язык – есть мнение, что он необходим для платформы, но не достаточен. Достаточность — это когда в платформе появляется механизм, фабрика артефактов, которые можно создать только в этой платформе. «Машина, творящая богов». Артефактами могут быть самолёты, машины, цифровой контент, что-то символическое.

Но тогда получается, что бессмысленно обсуждение взаимодействия с государством. В долгосрочном тренде взаимодействие с государством становится бессмысленно. Государство становится легитимным по отношению к платформам, только если оно постулирует защиту своего гражданина. Иначе оно нелегитимно. Суверен — тот, кто может отменить действующие законы и оперировать в нештатной ситуации.

Несут ли платформы какой-то риск? Тогда государства становятся легитимными – так как распознают угрозу гражданину и работают с ней.

И тогда мы возвращаемся к вопросу границы публичности и анонимности. Big Data сняла этот вопрос.  Если у кого-то есть право на доступ к данным, снимается вопрос анонимности для остальных.

В итоге есть платформа, государство, частная персона.  Момент с суверенитетом важен в аспекте суверенитета самого человека. Что он может отменить? Действующие законы в отношении себя. Что делать с его информацией, кто может, как? Государство в этом вопросе как гарант может выступать. Получается, что человек сегодня использует систему сдержек и противовесов. Он одновременно имеет корпоративное (платформенное) гражданство и государственное. Наблюдение: пользователи и сотрудники корпораций имеют совершенно разный уровень соцгарантий.

Условие свободы выбора, свободы вообще тогда интересное получается, среди трех сильных агентов – государства, общества и корпораций, человек сможет существовать свободно. Развитие, свобода, справедливость. Что это есть такое в новых условиях??? Ответы на эти вопросы требуют введения антропоцентричного и социокультурного фокуса.

Ещё гипотеза — платформами сегодня можно считать лишь ту среду, которая предоставляет возможность выбора и множества идентичностей. Это отделяет платформы от корпоративного рабства. Множественная идентификация и свобода выбора – это условие платформы.

Про донесение результатов исследования до государства. Государство ничего не видит, кроме субъектов и правоотношений. Так что нам надо раскладывать на эти составляющие наши предметы исследований: отношения Facebook и пользователей, Facebook и сотрудников, статус информации, важно понимание концептуальных вещей. Иначе не сможем сопоставить, без этого не увидим дыр и не сможем развить тему. Тогда только можно выходить на предложения по регулированию областей.

Контраргумент. В мире все говорят, что старые правовые институты устарели и не подходят под реалии цифровой эпохи. Но так как нового регулирования ещё не предложили, рассмотрение через правовой язык вообще сильно бессмысленно. Возможно попытка смотреть на проблему через правовую призму и ведёт к отсутствию решений. Но посмотреть, конечно, надо.

Аналогия. Англо-саксонская цивилизация и протестантская этика – это институциализация неформальных договорённостей – драйвер развития успешных экономик. Другой пример, – навязывание норм и правил сверху и «закатывание в асфальт» неформальных договорённостей, – это страны Латинской Америки, Африки, Россия, частично ЕС. Такая логика ведёт к торможению развития экономики. Как такое различие подходов это отразится на новых реалиях цифрового конфликта?

Государство реализует себя через право и правоприменение. А слышит через язык страхов и ожиданий, но не права».

Будьте в курсе,
подпишитесь на нашу рассылку

E-mail: info@eedialog.org

Все материалы сайта доступны по лицензии: Creative Commons Attribution 4.0
© 2019 Европейский диалог
escort eskişehir escort samsun escort gebze escort sakarya escort edirne