Украина сегодня. Экономические показатели первой половины 2018 года

Экспертная группа «Европейский диалог» продолжает проект «Украина Сегодня», посвященный анализу актуальных трендов в политике и экономике современной Украины. Экономист Ярослав Жалило анализирует макроэкономические показатели в первой половине 2018 года

ИНФЛЯЦИЯ ЗАМЕДЛЯЕТСЯ, НО НАЦБАНК НЕПРЕКЛОНЕН

В мае Национальный банк Украины отрапортовал о долгожданном замедлении инфляции. После того как в январе-апреле потребительские цены увеличились на 4,4% к декабрю 2017-го, продолжая прошлогодний тренд, в мае цены оставались стабильными, а по ряду продовольственных товаров (молочные продукты, яйца, сахар, овощи и фрукты) снизились по сравнению с апрельскими.

Комментируя приостановку инфляции, НБУ ссылается на увеличение предложения продовольствия на внутреннем рынке: как благодаря высокому урожаю ранних овощей, так и из-за расширения импорта продовольственной продукции. По данным Госстата, в первом квартале такой продукции было ввезено на 23,2% больше, чем в первом квартале 2017-го. При этом импорт мяса вырос в 1,5 раза, молока и молочных продуктов – в 1,7 раза. Важную дезинфляционную роль сыграл и обменный курс гривны, которая в течение первых месяцев 2018 года ощутимо укрепилась: с 28,7 грн. за доллар в январе до примерно 26,0 грн. – в марте, и далее оставалась стабильной.

Очевидно, сказалось и исчерпание эффекта роста доходов потребителей, который был запущен двукратным повышением с начала 2017 г. уровня минимальной заработной платы (до 3200 грн.) и усилен повышением осенью того же года ранее назначенных трудовых пенсий. Увеличение «минималки» с 1 января 2018 г. до 3723 грн. уже лишь «подтянуло» её к показателю инфляции и не привело к существенному повышению платежеспособного спроса.

Впрочем, замедление роста цен может оказаться весьма непродолжительным, поскольку ряд важных инфляционных факторов продолжают действовать.

Прирост уровня заработной платы в мае к апрелю 2018 года (в %)

Во-первых, выросшая платёжеспособность населения продолжает «давить» на рынок. В январе-апреле среднемесячные зарплаты были на 26,4% выше, чем год назад. В то же время индекс цен на продовольствие составил в годовом измерении 17,2%. Завершение отопительного сезона существенно «облегчило» платёжки за услуги ЖКХ, что высвободило значительный покупательный ресурс. Ценообразование на ранние фрукты и овощи уже продемонстрировало готовность рынка абсорбировать этот увеличенный спрос: отмечается значительная дифференциация цен и преобладание более дорогой продукции. По-видимому, такая модель поведения будет характерна для производителей и в конце лета-начале осени, когда будет продаваться основная часть нового урожая, что позволяет ожидать нового инфляционного всплеска.

Во-вторых, инфляционные ожидания остаются высокими. Их формируют опасения девальвации (на фоне курсовой волатильности и неопределённости с получением очередного транша от МВФ), разговоры об очередном повышении «минималки» до 4200 грн., ожидание роста стоимости природного газа для населения и соответствующего «сдвига» коммунальных тарифов.

В-третьих, растут цены на горюче-смазочные материалы в силу общемирового тренда увеличения цен на нефть. Это приводит к повышению транспортных тарифов и – по цепочке себестоимости – к увеличению издержек производства большинства продукции.

В-четвёртых, повышение потребительского спроса пока не приводит к адекватному увеличению производства. За январь-май производство молока снизилось на 1,3%, реализация на забой свиней – на 8,6%, КРС – на 2,2%, производство в пищевой промышленности за январь-апрель снизилось на 0,8%. Увеличение объёмов экспорта агропродукции усиливает дефицитность её предложения на внутреннем рынке, а сохраняющийся разрыв между спросом и предложением заполняется либо непосредственно за счёт повышения цен, либо опосредованно – через увеличение импорта продукции вместе с «импортом» мировых цен на продовольствие.

Под воздействием перечисленных факторов июнь может не принести дефляционного тренда, который обычно характерен для первых месяцев лета. Это поставит под угрозу достижение инфляционной планки в 8,9% за 2018 год, установленной скорректированным прогнозом Нацбанка.

Принимая во внимание вышеупомянутые риски, НБУ в конце мая в очередной раз подтвердил поддержание неизменной учётной ставки на уровне 17%, причём, как отмечено в официальном сообщении, вероятность снижения ставки до конца года низка. Более того, НБУ также не исключает увеличения ставки в случае превышения прогнозной траектории изменения цен – а последнее, как отмечено выше, весьма вероятно.

Таким образом, в Украине де-факто продолжаются испытания применения политики инфляционного таргетирования в экстремальных условиях высокого исходного уровня инфляции, значительной составляющей инфляции издержек, а также неэффективности ссудного процента как инструмента регулирования ликвидности. Это, несомненно, расширяет международный экономический опыт, но демонстрирует весьма сомнительную эффективность для достижения устойчивого роста, в котором нуждается украинская экономика. Вдобавок завышение стоимости гривны привлекательно для спекулятивных капиталов, а проводимая Нацбанком политика валютной либерализации способствует их притоку.

УКРОЩЕНИЕ ИНФЛЯЦИИ – РИСКИ ДЛЯ БЮДЖЕТА

Так называемый «инфляционный налог» в последние годы нередко оказывался для Украины палочкой-выручалочкой, благодаря которой достигались плановые показатели доходов государственного бюджета. Начало 2018 года несколько изменило тенденции: снижение показателей инфляции и укрепление гривны сочетались с более высоким по сравнению с плановым темпом экономического роста – в первом квартале он достиг 3,1% (для сравнения, в первом квартале 2017-го рост составил 2,8%, а в целом за прошедший год – 2,5%).

Такое изменение макроэкономических пропорций отразилось на структуре бюджетных поступлений. За январь-апрель в общий фонд госбюджета было собрано 247,1 млрд. грн., что на 5,6 млрд. грн. (2,2%) меньше планового показателя. При этом наибольшие проблемы отмечены с поступлениями от непрямых налогов, которые обычно составляют около двух третей всех бюджетных поступлений. В частности, недобор до планового показателя поступлений от акцизов составил 5,8 млрд. грн. (более 25% недовыполнения плана), НДС – 2,9 млрд. грн. Характерно, что недобор НДС вызван недопоступлением этого налога на импортные товары – вследствие «недовыполнения» планового показателя девальвации гривны.

Прирост инвестиций в январе - марте 2018 по отношению к аналогичному периоду 2017 (в %)

В значительной мере закрыть брешь в бюджете позволил резкий рост поступлений от налога на прибыль предприятий. За 4 месяца года они превысили плановый показатель на 7,1 млрд. грн. или на 31,1% (в 2017 г. фактические поступления были равны плановым). Поскольку этот налог традиционно собирается в объёме «столько, сколько нужно», логично предположить, что Государственная фискальная служба при поддержке правительства целенаправленно повысила фискальную нагрузку на прибыль для компенсации недополученных с рынка непрямых налогов. Подтверждением такого предположения может служить рост доли государственных предприятий в общих поступлениях налога на прибыль с 16% в 2017-ом до 26% в январе-апреле 2018 года.

С учётом увеличения доли «расходов развития» в принятом бюджете-2018 можно констатировать, что правительство берёт на себя перераспределение потенциального инвестиционного ресурса через бюджетные механизмы. Но принести результаты такой подход может лишь в случае выполнения плана расходной части бюджета, чего, увы, не наблюдается. За 4 месяца текущего года недовыполнение расходной части составило 12,6% (23,6 млрд. грн.), причём план расходов на экономическую деятельность был выполнен всего на 58%. В итоге растущая доля фискально изъятой прибыли направляется на финансирование текущего потребления и обслуживание госдолга, что ухудшает перспективы инвестиционных процессов, а следовательно – и структурных изменений, необходимых для достижения устойчивого динамичного экономического роста.

Задолженность по выплате зарплаты в экономически активных предприятиях (в июне по отношению к маю, в %)

Впрочем, в краткосрочном периоде фискальная политика наверняка будет строиться исходя из соображений не абстрактных структурных изменений, а конкретной долговой платёжеспособности. В 2018 г. Украина должна будет уплатить в счёт обслуживания и погашения внешнего долга в общей сложности 97,3 млрд. грн. или примерно 3,7 млрд. долл. С этой целью в бюджете-2018 предусмотрены внешние заимствования на общую сумму 91,2 млрд. грн., однако привлечение этих средств непосредственно увязано с продолжением кредитной программы МВФ, которая по состоянию на начало лета оставалась «в режиме паузы».

Затягивание позитивного решения МВФ до осени может создавать нежелательные платёжные дефициты и, как следствие, необходимость увеличения внутренних заимствований, либо сокращение бюджетных расходов. В год, предшествующий президентским и парламентским выборам, правительство заинтересовано в формировании платёжной «подушки безопасности», что требует по меньшей мере – выполнения, а в идеале – превышения плановых показателей поступлений в бюджет. Это плохая новость для сторонников налоговой реформы: введение обсуждаемого в последнее время налога на выведенный капитал взамен налога на прибыль наверняка будет снято с повестки дня как минимум до середины следующего года, поскольку Кабмин вряд ли решится остаться без удобно управляемого источника поступлений.

Кроме того, формируется своеобразный конфликт интересов между правительством и Нацбанком. Проводимая последним дезинфляционная политика в отдалённой перспективе, может быть, и приведёт к «здоровому» экономическому росту, но в краткосрочном периоде лишит бюджет инфляционного и девальвационного «налогов», в то время как прирост поступлений ограничен структурным несовершенством экономики.

МЕРЫ ПРАВИТЕЛЬСТВА ДЛЯ АГРАРНОГО СЕКТОРА

Высокий уровень открытости украинской экономики приводит к тому, что структурные изменения в ней в значительной, а зачастую – в определяющей мере зависят от воздействия конъюнктуры мировых рынков. С этим воздействием связан, в частности, и отмеченный в последние годы тренд увеличения аграрной составляющей украинского экспорта, укрепляющий позиции агропроизводителей в национальной экономике. В структуре ВВП страны агропроизводство в 2017-ом составило 10% по сравнению с 8,8% в предкризисном 2013 году. Аграрии обеспечили более 40% валютных поступлений от внешней торговли товарами 2017 года. В последние годы агросектор сохраняет высокую привлекательность для инвестирования. В 2016-2017 гг. сюда было привлечено 14% всех капитальных инвестиций, осуществленных в Украине, что составило более 100 млрд. грн. или почти 4 млрд. долларов США.

За 4 месяца 2018 года экспорт животноводческой продукции из Украины вырос на 22,3%, в т.ч. молока и молочных продуктов – на 34,1%. Украина вошла в десятку лидеров экспорта куриного мяса в страны ЕС и даже заняла четвёртое место среди стран-поставщиков этого вида продукции на мировой рынок.

Увеличение аграрной составляющей национальной экономики нередко по инерции воспринимается как признак её структурной деградации. В то же время, в практике развитых стран агропроизводство давно и прочно заняло место среди высокотехнологичных, инновационных и высокопродуктивных отраслей экономики. Оптимальная для Украины политика должна состоять не в противодействии структурному влиянию глобальных рынков, а в коррекции этого влияния в целях эффективной структурной модернизации аграрного сектора страны. Понимание этого в правительстве присутствует, о чём свидетельствует политика поддержки развития агросектора в рамках утверждённых на 2018 год госпрограмм. Данная политика концентрируется на решении трёх основных задач.

Во-первых, это первоочередная поддержка мелких и средних хозяйств. В условиях доминирования на национальном рынке крупных агрохолдингов они же в прежние годы оказывались и основными получателями бюджетной поддержки. Зато в бюджете-2018 предусмотрено выделение 1 млрд грн. непосредственно на поддержку фермерства. Фермеры имеют право на компенсацию 40% стоимости приобретённых техники и оборудования отечественного производства, 25% стоимости животноводческих объектов, профинансированных за счёт банковских кредитов, 80% стоимости приобретённого племенного и посадочного материала, получение субсидии на телёнка в размере 2500 грн. в год, на корову – 1500 грн. в год.

Во-вторых, диверсификация агропроизводства с увеличением доли животноводческой и садоводческой продукции, имеющей более высокую добавленную стоимость и динамику спроса на внешних рынках. Концентрация агрохолдингов на выращивании элементарной кормовой и масличной продукции ведёт к потере рабочих мест в агросекторе, нерациональному использованию земельных ресурсов, потере потенциальной добавленной стоимости. Поэтому правительственные приоритеты в поддержке как мелких, так и крупных производителей сосредоточены на строительстве и реконструкции животноводческих ферм, предприятий по переработке животноводческой продукции, выращивании овощей открытого грунта, ягод, садоводстве. Господдержка животноводства (дотации на корову и телёнка) распространяется и на домохозяйства физических лиц.

В-третьих, распространение позитивного эффекта роста в агросекторе на смежные сектора экономики. Активное инвестирование и совершенствование аграрного производства повышает спрос на соответствующую продукцию машиностроения, товары агрохимии, логистические услуги и т.п. Ради достижения стимулирующего эффекта для экономики правительство поддерживает приобретение техники, оборудования, семенного материала отечественного производства, строительство агропроизводственных объектов.

Впрочем, достичь желаемых структурных сдвигов совсем не просто. Прежде всего, ввиду ограниченности финансовых ресурсов. Несколько миллиардов гривен, направляемых через госпрограммы, вряд ли в состоянии конкурировать с потоками частных инвестиций, которые, увы, в основном, закрепляют нынешнюю рыночную власть узкопрофильных агрохолдингов. Потребуется чёткий выбор «точек роста» для привлечения частных инвестиций в недостаточно развитые пока сектора агропроизводства. Возможно, подспорьем здесь станут прорывы на внешние рынки продуктов животноводства, а также заинтересованность в развитии местной переработки сельхозпродукции по мере усиления влияния территориальных общин в процессе децентрализации. Главный же импульс для дальнейшего расширения инвестиций в агросектор сможет дать лишь отмена моратория на куплю-продажу сельхозземель.

Важной проблемой является нехватка квалифицированных получателей государственной поддержки среди небольших производителей. Оптимально было бы делать ставку на поддержку производственных и логистических кооперативов, но сегмент кооперации в украинском агросекторе развит очень слабо. Нередко фермеры не заинтересованы в получении помощи, чтобы не выводить из «тени» свою деятельность. Значительные пробелы в инвестиционном и бизнес-планировании препятствуют получению кредитов, помочь в выплате которых готово государство. В итоге мелкие производители объективно проигрывают крупным в конкуренции за получение госпомощи.

Распространение мультиплицирующего эффекта роста в агросекторе на смежные сектора экономики требует большего, нежели простое стимулирование спроса на продукцию этих секторов. Необходимы программы развития, к примеру, аграрного машиностроения, агрохимии или агрологистики, которые позволили бы усилить способность этих отраслей оперативно реагировать на растущий и усложняющийся спрос со стороны агросектора.

Таким образом, амбиции реализуемой в Украине экономической политики пока далеко не всегда коррелируют с реальными возможностями национальной экономики, которая всё ещё в большей степени нуждается в эффективном антикризисном регулировании, чем во внедрении не вполне действенных в сложившихся условиях стандартных регуляторов макроэкономической стабильности. Пока же восстановление экономики по-прежнему происходит преимущественно в спонтанном режиме под влиянием глобальных экономических трендов, что замедляет его темпы и усиливает риски последующих конъюнктурных колебаний.


Читайте новые материалы четвертого украинского бюллетеня на нашем сайте уже сегодня. Предыдущие выпуски Вы можете прочитать: