Либерализм в России. От смертного греха гордыни в смертный грех уныния

28 сентября Экспертная группа «Европейский диалог» и московское бюро Фонда Фридриха Науманна провели очередную встречу из цикла «Либеральная повестка в XXI веке». Дискуссия, в которой приняли участие российские и европейские эксперты, была посвящена перспективам либерализма в современной России. Мы публикуем тезисы выступления первого спикера состоявшейся встречи, политолога, профессора Европейского Университета в Санкт-Петербурге и университета Хельсинки Владимира Гельмана. Полная расшифровка дискуссии будет доступна на нашем сайте позднее

Выступление Владимира Гельмана было посвящено определению места и роли сторонников либерализма на современной политической карте России.

1. Кто такие либералы в современной России? Сегодня существует большая путаница с этим понятием и определением. Либералами часто не являются ни те, кого какие-то другие политические силы причисляют к либералам, но также ни те, кто сам себя называет либералом: такая самоидентификация далеко не всегда гарантирует либеральных взглядов. Либералами можно считать тех, кто одновременно выступают за политическую демократию и за свободную рыночную экономику. Такое двойное определение, с одной стороны, отделяет либералов от сторонников авторитарного капитализма, для которых значима рыночная экономика, но кто не является сторонником политической конкуренции, а с другой стороны от демократических левых, которые поддерживают политическую конкуренцию, но при этом также выступают за масштабное присутствие государства в экономике.

2. Если посмотреть на траекторию развития российского либерализма за последние 25-30 лет, то можно увидеть, что в начале своего пути — в 1990-ые годы либерализм переживал бум популярности. Но такая мода на либеральные идеи существовала не столько благодаря усилиям, которые предпринимали сами либералы, сколько в силу разочарования общества в прежних нелиберальных и антирыночных идеях. Такой либерализм не являлся осознанным и осмысленным выбором россиян, а поэтому носил, скорее, поверхностный характер. Тем не менее, сами российские либералы того периода были склонны переоценивать распространенность либеральных идей и идеалов среди россиян, впадая в своеобразный «грех гордыни», который, правда, улетучился с наступлением 2000-х годов.

3. В 1990-е годы российский либерализм пережил раскол, связанный с т.н. «дилеммой одновременности» трансформационного процесса: необходимость проведения одновременно политических реформ (строительство демократических институтов) и экономических реформ (строительство рыночной экономики). Часть либерального лагеря выступала за проведение быстрых авторитарных экономических реформ, а другая часть склонялась к демократическим левым идеям, защищала демократию, выступая за более плавное строительство рынка. В конечном итоге проиграли оба крыла российского либерализма — экономика в России сегодня рыночная, но не свободная (кумовской государственно-монополистический капитализм), а политический режим в стране — персоналистский авторитаризм.

4. 2003 год стал поворотным пунктом для либерализма в России: либеральные партии оказались за пределами Государственной Думы. С этого момента начинается маргинализация либералов, серьезное давление на них со стороны государства, к тому же усиливающаяся их «самомаргинализацией» и дискредитирующим либералов обслуживанием режима (т.н. «системный либерализм»). В последние годы эта тенденция еще более усугубляется общемировым антилиберальным разворотом. Это не значит, что процессы, происходящие в США и Европе, напрямую повлияли на упадок российского либерализма, но они формируют общий негативный для либеральных идей фон.

5. В результате, оказалось, что прежний либеральный проект оказался реализован в России на «тройку с минусом», после чего либералы впали в смертный грех уныния (это разочарование — оборотная сторона внезапного успеха либералов в начале 1990-х годов, к которому никто по-настоящему не был готов). В результате мы наблюдаем сегодня печальный консенсус: почти никто не верит в то, что Россия станет политически и экономически свободной страной в обозримом будущем. Поэтому у российских либералов нет и пока что не предвидится не то, что целостного проекта, но даже осмысленного месседжа как для сограждан, так и для самих себя.

6. Сегодня на российском идеологическом рынке мы видим несколько альтернатив:

А) Внеидеологический негативный консенсус вокруг антикоррупционной риторики: популистский проект, реализуемый в первую очередь Алексеем Навальным и его сторонниками. Такой негативный консенсус — условие необходимое, но недостаточное для проведения преобразований.
Б) Демократический левый проект (пока что он еще более маргинален, нежели либерализм, но на общем фоне ощущения высокого неравенства в стране и спроса на «справедливое перераспределение» он имеет шансы на усиление).
В) Национализм — приватизирован (но не полностью монополизирован) правящими кругами, но в прежнем формате он исчерпывает себя и во многом дискредитирован.

7. Есть ли в этой картине место для либералов? Существует две точки зрения, исходя из которых можно посмотреть на этот вопрос. Первая - со стороны спроса. Политический спрос на либерализм в России — низкий, существует устойчивый, хотя пока и не слишком сильный переток части потенциальных сторонников либерализма к демократическим левым. Отсюда формируется представление о том, что либералы в России никому не нужны и их время ушло надолго, если не навсегда. В то же время со стороны предложения идей картина не выглядит так однозначно печально. В развитых демократиях либералы далеко не всегда находятся в большинстве (скорее, наоборот), но при этом оказывают важное влияние на актуальную повестку дня. Но кто сегодня формулирует либеральную повестку дня в России? Есть ли новые лица и новые идеи?

К заслугам сегодняшних российских либералов можно отнести то, что ими ведется важная просветительская работа (то, что, например, делает Inliberty и другие проекты и инициативы), но этого очевидно недостаточно. В России пока нет ядер кристаллизации новых идей и нет механизмов выдвижения новых лиц в условиях неизбежной смены поколений в среде политиков и в российском обществе в целом.


Рекомендуем также познакомиться с одной из глав будущей книги о либерализме, где Евгений Гонтмахер, экономист, профессор НИУ ВШЭ, член Экспертной группы "Европейский Диалог" рассматривает дискуссию о синтезе социального государства и либеральной идеи, анализирует применимость концепции безусловного базового дохода и приводит рекомендации, которые необходимо реализовать в России для претворения в жизнь принципов социального государства