Либерализм. Теоретические истоки либерального миропорядка

В очередном семинаре из цикла «Либеральная повестка XXI века», проводимого «Европейским диалогом» и московским бюро Фонда Фридриха Науманна российские и европейские эксперты обсудили кризис с либеральными принципами в международных отношениях. Публикуем ключевые тезисы с дискуссии, которые посвящены теоретическому осмыслению концепта либерального миропорядка

В дискуссии, которую проводили Владимир Рыжков и Юлиус фон Фрайтаг-Лорингховен — руководители проекта «Либеральная повестка в XXI веке» — приняли участие Елена Алексеенкова, старший научный сотрудник Института Европы РАН, Анна Айвазян, координатор проектов Фонда Фридриха Науманна, Жан-Пер Фрёли, член Свободной Демократической партии Германии, Андрей Нечаев, известный российский политик, а также Сергей Ознобищев, Андрей Загорский и Сергей Уткин, представлявшие ИМЭМО РАН.

1. К 2019 году либеральные принципы международных отношений, зафиксированные в Уставе ООН, Хельсинском Акте, Парижской Хартии «Для новой Европы», учредительными договорами ЕС, конвенциями Совета Европы и другими важнейшими документами оказались под ударами с разных сторон:

  • рост национализма и популизма в государствах по всему миру, в том числе в США;
  • авторитарные откаты в ряде демократических государств и связанные с этим все более частые нарушения прав и свобод граждан;
  • эрозия международного правового и договорного порядка (кризис единства ЕС, выход США из ряда договоров по стратегической стабильности, кризис ВТО и т.д.);
  • новая волна гонка вооружений (подъем Китая, новые программы вооружений России и США).

2. Либеральный подход к международным отношениям и миропорядку держится на трех основных столпах: порядок, правила и честная конкуренция — то есть все то, что можно заимствовать из экономического и политического либерализма и перенести это на уровень отношений между государствами. При этом порядок необходимо понимать, как антитезу анархии, не важно каким образом реализуемую — как равновесие сил по Генри Киссинджеру или как концепцию многостороннего мира, близкую современным представителям Европы. Главное, чтобы большинство государств могли найти себе место в этом порядке, и соответственно поддерживали его, а не наращивание хаоса. Второй столп либерального подхода — правила, понимаемые как конвенции и договоры, налагающие на государства требования к поведению со своими соседями и остальными странами. Нормы и правила задают предсказуемый для большинства государств порядок. Третий столп — как и в рыночной экономике — честная конкуренция между акторами, которая защищена от картелей, сговоров и прочих провалов. Именно такая конкуренция протекает в рамках правил.

3. Отличительная черта либерального подхода в международных отношениях — подчеркнуто высокая роль индивида. Принцип responsibility to protect является проводником этой идеи. Если на государственном уровне мы защищаем индивида от излишнего вмешательства со стороны государства, то на межгосударственном уровне таким защитником от вмешательства становится само национальное государство.

4. ОБСЕ — ядро либерального миропорядка в Европе, базирующееся на выше описанных принципах. ОБСЕ широко трактует безопасность не только как физическую и военную, но и как технологическую, экологическую и т.д. Комплексность трактовки понятия «безопасность» дает ОБСЕ более широкий потенциал по защите прав индивида.

5. Чтобы ответить на вопрос, кто сегодня представляет либеральный миропорядок, необходимо понять, кто может быть его протагонистами в сегодняшних условиях. Таких протагонистов крайне мало. Развивающиеся страны и ряд стран, близких к ситуации развитых, но еще находящихся в состоянии перехода, вряд ли можно считать сторонниками либерального миропорядка. Ключевая тенденция в них — выражение требований по возвращению суверенитета в страну, который когда-то был отдан наднациональным игрокам. Развивающиеся страны артикулируют претензию, которую кратко можно выразить так: «Ваши наднациональные институты делают нас еще беднее». Великие державы — такие как Китай, США, Россия, все чаще говорят о либеральном порядке скептически, показывая или доказывая делом, что он построен на двойных стандартах, двойной игре — интересы других стран оказываются учтены, когда они совпадают с интересами крупных игроков, а в других случаях интересы «малых» ограничиваются. В развитом мире и особенно в Европе, которые были протагонистами либерального миропорядка до этого момента наблюдается плохая динамика, связанная со всплеском национализма и популизма. Такие страны с трудом справляются со своими внутренними проломами, а потому — сосредотачиваются на них, в меньшей степени уделяя времени и ресурсов международным отношениям.

6. Либерализм, прежде всего, связан с концепцией политической, а не экономической свободы. Фрэнсис Фукуяма в своей известной работе о Конце истории писал о победе либерального миропорядка, но понимал его иначе, чем принято трактовать. Либеральный миропорядок по Фукуяме — это новый тип отношений между государствами, который возникает между либеральными демократиями и поэтому он ограничен кругом либеральных государств. Конец истории, таким образом — это постепенное расширение этого круга либеральных государств и соответственно либерального миропорядка. Почему круг этих государств будет расширяться объяснил другой политический философ Карл Дойч, описавший сообщество безопасности, но не с теоретического, как Фукуяма, а с эмпирического угла.

С какого-то момента либеральные демократии с рыночной экономикой доходят до той точки, когда война между ними им же невыгодна. В этот момент они избавляются от решения дилеммы безопасности в отношении друг друга, а значит могут перенаправлять ресурсы с военных нужд на экономические и война между ними становится немыслимой. При этом между такими государствами не возникают вопросы о попранном национальном суверенитете, для них неактуальными являются вопросы передачи части полномочий на наднациональный уровень. Напротив, от войны их сдерживает плотный поток торговых, коммуникационных и инфраструктурных связей. Примерами такого сообщества безопасности Карл Дойч видел отношения между США и Канадой, а чуть позже к этому же феномену стали относить и возникший после Второй мировой Европейский союз.


Рекомендуем также познакомиться с другими материалами цикла «Либеральная повестка в XXI веке»