Быть или не быть: прогноз последствий пандемии на основе регионального опроса

Ирина Стародубровская, кандидат экономических наук и ведущий научный сотрудник Института международной экономики и финансов Всероссийской академии внешней торговли, Даниил Ситкевич, научный сотрудник ИЭП им. Е.Т.Гайдара, и Константин Казенин, директор Центра региональных исследований ИПЭИ РАНХиГС, спрогнозировали последствия пандемии коронавируса на повседневную жизнь жителей 4 регионов РФ на основе онлайн-опроса. Результаты не позволяют прогнозировать резких сдвигов, скорее всего, жизнь «немного изменится». Людей больше волнуют проблемы экономического кризиса. Могут вырасти рынки товаров и услуг, связанных со здоровьем и здоровым образом жизни, а также на какое-то время сохранится спрос на средства индивидуальной защиты. Культурные различия сказываются на прогнозах последствий пандемии — результаты опроса в Дагестане по ряду параметров существенно отличаются от остальных регионов

Настоящая записка продолжает тематику прогноза влияния эпидемии коронавируса на повседневные практики, сдвиги спроса, экономические и политические предпочтения населения. Материалом для прогноза служат результаты социологических он-лайн опросов, отражающих готовность менять свое поведение и направления подобных изменений со стороны обычных жителей российских регионов. Ранее был представлен подробный анализ результатов социологического исследования в Дагестане[1]. Ниже анализируются и сопоставляются итоги опроса в четырех российских регионах: Республика Дагестан, Республика Карелия, Нижегородская и Новосибирская области. Общая информация о данных регионах содержимся в Таблице 1. Выборка регионов обеспечивает географическое разнообразие — регионы относятся к четырем разным федеральным округам. В двух случаях центрами субъектов являются города-миллионники. Дагестан отличается меньшим уровнем урбанизации (хотя официальная статистика отражает его не в полной мере) и более молодым населением, остальные три региона высокоурбанизированы и подвержены процессам старения населения.

Ситуация с эпидемией коронавируса в рассматриваемых регионах достаточно существенно различалась. В Дагестане она была настолько катастрофичной, что потребовала вмешательства президента РФ. На середину мая по статистике от коронавирусной инфекции в регионе умерло всего 29 человек, однако с учетом заболеваемости внебольничной пневмонией (в подавляющем большинстве случаев — тот же вирус, но не подтвержденный анализами) смертность приблизилась к 700 случаям. На настоящий момент (03.07) официальная статистика признает заболевшими коронавирусом 8025 человек, умершими от этого диагноза — 386 человек.

Сложная ситуация сложилась также в Нижегородской области. На 03.07 число заболевших составило 18172 чел. (0,57% от числа жителей), число смертей — 254. В Новосибирской области, по официальным данным, заболело 6282 человека (0,23% от числа жителей), умерло 105 человек. Однако эксперты ставят под вопрос официальную статистику, подозревая, что за май она занижена, поскольку смертность превышает среднюю за предыдущие 5 лет в большей мере, чем это следует из данных об эпидемии[2]. Наиболее спокойным выглядит положение в Республике Карелия: на 03.07 1408 заболевших (0,23% от числа жителей), 3 умерших. Статистика по региону вопросов у экспертов не вызывает.

Региональная политика в отношении пандемии также имела свои особенности. Везде режим самоизоляции начался с 31 марта — 1 апреля. В Нижегородской области в конце апреле были введены цифровые пропуска, а также запрет на въезд в регион без местной прописки и без рабочих пропусков, часть муниципалитетов ограничили въезд на свою территорию. В других местах цифровые пропуска не вводились, но в Дагестане был жестко ограничен въезд в крупные города и некоторые районы. В Карелии и в Новосибирской области был установлен обязательный двухнедельный карантин для приезжих из Москвы и Санкт-Петербурга. Во всех регионах был введен масочный режим.

Таблица 1. Общая характеристика включенных в исследование регионов

В Таблице 2 представлена характеристика методов, использовавшихся для проведения интернет-опроса. Из содержащейся в таблице информации можно сделать вывод о достаточно низкой эффективности традиционно используемых для этого инструментов, причины чего требуют дальнейшей рефлексии. Так, на начальном этапе при использовании таргетированной рекламы для Дагестана по ссылке на анкету перешло 154 человека в ВК и 140 человек в Фейсбуке и Инстаграмме, но до конца заполнили анкету лишь 7 человек. Практически провалился таргетинг в Инстаграмме на более поздних этапах исследования. Проведенный по трем регионам, он принес лишь 7 анкет по Новосибирской области. Основной массив по Дагестану был получен методом «снежного кома». По трем другим регионам в основном «сработали» группы в ВК. Так как полученная выборка характеризовалась сильным сдвигом в сторону женщин, в всех регионах, кроме Дагестана, была сделана попытка сбалансировать гендерный состав респондентов путем специального таргетирования на респондентов-мужчин.

При этом, если в Дагестане удалось решить проблемы, связанные с неэффективностью первоначально используемого целевого таргетинга, и методом «снежного кома» обеспечить сбор необходимого массива данных, в остальных трех регионах, где не было возможности запустить «снежный ком», возникшие трудности до исчерпания временных и финансовых ресурсов удалось преодолеть лишь частично. В результате количество собранных по каждому из этих регионов анкет относительно мало, что ограничивает возможности анализа и вынуждает рассматривать его выводы как предварительные, требующие дополнительной проверки.

Таблица 2. Методы проведения социологического исследования по регионам (количество собранных анкет)

Собранный в результате исследования массив данных отражает в первую очередь позицию городского и образованного населения. По всем регионам сохранилось превышение доли женщин в выборке по сравнению со средней по региону, наиболее существенна она в Республике Карелия и Нижегородской области (на 17,4 п.п. и 12,1 п.п., соответственно) и минимальна в Дагестане. Общей тенденцией является также большая доля молодых респондентов по сравнению с возрастной структурой региона в целом, что объясняется более высокой долей активных пользователей интернета среди молодежи. Если говорить о респондентах моложе 35 лет, то превышение их доли в выборке в Нижегородской области составило 29,33 п.п., в Новосибирской области — 23,05 п.п. В остальных двух регионах этот сдвиг менее существенен.

Что означает непропорционально высокое представительство в выборке городских, молодых, образованных респондентов для оценки полученных результатов? При прочих равных условиях, инновации в предпочтениях и образе жизни распространяются от городских центров на периферию, а их носителями в первую очередь являются молодые и образованные горожане. То есть результаты опроса с высокой вероятностью отразили взгляды наиболее активных агентов изменений, и могут рассматриваться как аппроксимация максимальных, предельных прогнозных значений связанных с пандемией трансформаций. Реальные изменения, скорее всего, будут менее выраженными.

Данные Таблицы 3 демонстрируют, что перспективы жизненных изменений в результате пандемии не оставляют людей равнодушными. Вообще не думает об этом лишь примерно от одной пятой до трети респондентов. Наименее серьезно к этой проблеме относятся в Республике Карелия, где и сами масштабы эпидемии, и меры самоизоляции были наименее значимыми из рассматриваемых регионов. Тем не менее, очевидно, последствия экономического кризиса волнуют людей больше. Во всех регионах выше доля респондентов, регулярно думающих об изменениях жизни в результате кризиса по сравнению с думающими об изменениях в результате эпидемии, и меньше доля тех, кто об этом не думает совсем.

Таблица 3. Думаете ли вы о том, как изменится Ваша жизнь в результате

Как видно из Таблицы 4, респонденты по-разному оценили предполагаемую степень влияния пандемии на их жизнь. От 5 до 10 процентов считает, что их жизнь кардинально изменится, от 21 до 30 процентов — существенно изменится. В сумме доля выбравших эти ответы минимальна в Карелии (26%) и максимальна в Новосибирской области (40%)[3]. От 14% (Дагестан) до 26% (Карелия) респондентов считает, что их жизнь вообще не изменится. Самым популярным во всех регионах оказался ответ «немного изменится», именно его можно считать господствующим среди респондентов представлением.

Таблица 4. Считаете ли Вы, что в результате эпидемии коронавируса Ваша жизнь

Прежде чем переходить к анализу конкретных направлений изменений, прогнозируемых респондентами в своей жизни, попробуем хотя бы фрагментарно охарактеризовать потенциал этих изменений и те условия, в которых они будут осуществляться. При разработке опроса мы не ставили особую задачу оценить эти параметры. Тем не менее, по его результатам мы получили некоторые любопытные наблюдения, представленные в Таблице 5.

Как видно из таблицы, финансовые ограничения будут существенно воздействовать на жизнь населения после пандемии. Ухудшение своего экономического положения прогнозирует от чуть менее половины респондентов в Дагестане до почти 60% — в Нижегородской области[4]. Остальные два региона находятся между этими двумя крайними значениями.

Среди участников опроса нет серьезных ограничений на использование он-лайн технологий. Буквально единицы отметили, что у них нет возможности делать он-лайн покупки, общаться или получать образование он-лайн. Это не удивительно, поскольку сам опрос проходил он-лайн, и респонденты исходно должны были быть достаточно активными пользователями интернета. Но и в целом по регионам такие ограничения не очень существенны — по данным Росстата, во всех четырех случаях более 80% населения имеют доступ в интернет. Ограничения на работу он-лайн более значимы, однако здесь также, судя по результатам опроса, есть большие возможности для расширения подобной практики. В то же время до пандемии соответствующие возможности использовались в незначительной степени: ни в одном из регионов больше 5% респондентов не указало, что они уже ранее работали он-лайн; активное использование он-лайн покупок отметили максимум 11% опрошенных. Нижегородская область является лидером по обоим показателям.

Наконец, значимая доля респондентов (от 30 до 40% в зависимости от региона) утверждают, что они вообще не путешествуют. При прочих равных условиях, это население можно было бы считать потенциальными потребителями туристических услуг. Однако ужесточение индивидуальных финансовых ограничений, а также неопределенность относительно условий туризма в постпандемном мире делает такой сценарий маловероятным.

Таблица 5. Общие условия трансформации поведения после эпидемии коронавируса

Перейдем к конкретным направлениям изменений после пандемии, которые ожидают в своей жизни респонденты, представленным в Таблице 6. Обращает на себя внимание, что практически по всем направлениям прогнозируют изменения не более 20% опрошенных (и это, напомним, исходя из сдвига выборки может рассматриваться как максимальное значение). Исключения двояки:

  1. бóльшая доля респондентов собирается использовать средства индивидуальной защиты и после окончания пандемии (от 28 до 48% в зависимости от региона) и уделять больше внимания своему здоровью (от 35 до 65%);
  2. Дагестан ощутимо выбивается из общих трендов: здесь более 20% опрошенных собираются меньше выходить из дома, больше работать и получать образование он-лайн, а также тратить больше средств на медицинские услуги.

Необходимо учитывать также, что сейчас нет возможности оценить, насколько устойчивы высказываемые предпочтения. В первую очередь такие, как меньше выходить из дома или продолжать пользоваться средствами индивидуальной защиты.

Обращает на себя внимание, что практически по всем регионам наблюдаются, пусть и не очень сильные, корреляционные связи между ответами о готовности в большей мере пользоваться интернетом для работы и получения услуг. То есть некоторая, но, очевидно, небольшая доля респондентов действительно готовы к смещению своей жизни в он-лайн.

Любопытные результаты получены применительно к перспективам развития туризма. Итоги опроса не подтверждают прогноз о том, что в результате пандемии люди будут существенно меньше путешествовать. Таковых по различным регионам лишь от 11 до 16%. При этом 7-8%, напротив, собираются путешествовать больше.

Таблица 6. Оценка ожидаемых изменений в жизни под влиянием пандемии коронавируса

Что касается прогнозов того, что будет происходить в мире по результатам пандемии, представленных в Таблице 7, то здесь позиции респондентов достаточно существенно разошлись. По вопросу популярности авторитаризма и идеи сильной власти наблюдается поляризация мнений, ни одно из которых не получает большинства голосов опрошенных. Что касается усиления изоляционизма или, напротив, глобализации, то по всем регионам число скептиков перевешивает число оптимистов. И лишь перспектива увеличения вложений в научные исследования и ускорения научно-технического прогресса вызывает наибольшее доверие, хотя лишь в Дагестане подобный прогноз поддержало более 50% опрошенных.

Таблица 7. Считаете ли Вы, что после окончания эпидемии в мире

Несколько более приближен к повседневной жизни респондента вопрос о том, какие изменения по результатам пандемии ожидаются в регионе проживания. Полученные прогнозы отражены в Таблице 8. По ряду направлений здесь прослеживаются общие тренды по всем исследованным регионам. Так, везде большинство опрошенных отрицают, что люди будут терпеть большее вмешательство государства в свою жизнь для недопущения новых глобальных угроз. Подобную перспективу поддерживает не более трети опрошенных по каждому региону. Это вполне сочетается с мнением респондентов о том, что по результатам пандемии люди будут меньше доверять власти — так по разным регионам считают от 56% (Карелия) до 70% (Дагестан) респондентов. Во всех исследованных субъектах также широко распространено представление, что люди будут больше верить в конспирологические теории, получившие в условиях пандемии широкое распространение.

В то же время по некоторым вопросам прогнозы относительно Дагестана существенно отличаются от трех остальных регионов. В последних люди не очень верят в перспективы солидарности и взаимопомощи (не более трети) и скорее прогнозируют господство принципа «каждый за себя». Также ожидается ухудшение отношения к мигрантам, приезжим и вообще любым «чужакам», особенно в Республике Карелия. Подобные прогнозы поддержали более половины опрошенных в трех рассматриваемых регионах. В Дагестане мы наблюдаем противоположную картину: перспективы усиления солидарности и взаимопомощи отметили 77%, тогда как на принцип «каждый за себя» и ухудшение отношения к «чужакам» сделали ставку примерно по 22% респондентов. Наблюдается расхождение и в оценке перспектив усиления внимания к здоровому образу жизни. В Дагестане подобные прогнозы сделали почти 60% опрошенных, в остальных регионах — не более четверти. При этом по всем регионам доля тех, кто прогнозирует усиление внимания к собственному здоровью, выше доли ожидающих подобных изменений от жителей своего региона.

Таблица 8. Считаете ли Вы, что по окончании эпидемии люди в Вашем регионе будут

В завершении опроса мы задали вопрос о причинах пандемии, ответы на который представлены в Таблице 9. Большинство опрошенных во всех регионах отмечает, что мы до сих пор недостаточно знаем о коронавирусе и эпидемии — это наиболее популярный ответ. Обращает на себя внимание то тревожное обстоятельство, что по всем регионам, кроме Дагестана, более трети опрошенных до сих пор считают, что коронавирус не опаснее обычного гриппа. Масштаб распространения конспирологических теорий в этих регионах можно оценить примерно от четверти до трети опрошенных. В Дагестане по результатам опроса он существенно ниже, хотя с учетом смещения выборки, скорее всего, находится примерно на том же уровне. При этом по всем регионам наблюдается некоторая корреляционная связь (коэффициент корреляции от 0,4 до 0,5) между представлением о том, что эпидемия есть результат манипуляций со стороны богатых и влиятельных групп и что коронавирус нужен бюрократии — смесь конспирологических и протестных настроений.

Таблица 9. Что вы думаете по поводу текущей эпидемии?

По результатам проведенного исследования можно сделать следующие выводы.

  1. Нет оснований считать, что в результате пандемии жизнь радикально изменится, самый распространенный ответ — «немного изменится» — скорее всего, в наибольшей степени отражает реальность. Людей в большей мере волнуют последствия экономического кризиса, от 50 до 60% респондентов ожидают ухудшения своего экономического положения.
  2. По большинству направлений те или иные изменения в своей жизни прогнозируют не более 20% опрошенных. Уход жизни в онлайн, сокращение масштабов путешествий вряд ли примут массовый характер. В связи с актуализацией проблем здоровья и здорового образа жизни могут вырасти рынки связанных с этим товаров и услуг. После пандемии в определенной мере сохранится спрос на средства индивидуальной защиты, но пока сложно прогнозировать, как надолго.
  3. В рассматриваемых регионах власти продемонстрировали недостаточную эффективность в борьбе с коронавирусной инфекцией, и это негативно сказывается на доверии к ним со стороны населения. При этом люди в большинстве своем не готовы терпеть большее вмешательство государства в свою жизнь для недопущения новых глобальных угроз.
  4. По результатам пандемии могут получить распространение такие негативные явления, как снижение потенциала солидарности и взаимопомощи и укрепление принципа «каждый за себя» во взаимоотношениях между людьми, а также ухудшение отношения к мигрантам, приезжим и вообще чужакам — подобные прогнозы делают респонденты во всех исследуемых регионах, кроме Дагестана. Во всех регионах ожидают усиление веры в конспирологические теории.
  5. Не смотря на серьезные проблемы с эпидемией во всех исследуемых регионах, кроме Карелии, даже среди городского и образованного населения в трех регионах примерно треть считает коронавирус не опаснее обычного гриппа. В Дагестане среди опрошенных таких оказалось лишь 8%, что может объясняться катастрофическим протеканием эпидемии, большим медийным вниманием к данному вопросу, а также целенаправленной просветительской деятельностью со стороны гражданского общества.
  6. Культурные различия сказываются на прогнозах последствий пандемии. Результаты опроса в Дагестане по ряду параметров существенно отличаются от остальных регионов. Так, там респонденты предполагают усиление солидарности и взаимопомощи, а также не прогнозируют ухудшения отношения к приезжим и мигрантам. Этот регион также характеризуется бОльшими ожиданиями в отношении усиления внимания к собственному здоровью и распространению здорового образа жизни.

1] https://www.iep.ru/ru/monitoring/zhizn-posle-pandemii-analiz-rezultatov-oprosa-v-dagestane.html

[2] https://zona.media/article/2020/06/30/mortality

[3] Небольшой объем выборки не позволяет с точностью утверждать, есть ли у этих групп какие-либо существенные особенности. Если исходить из полученных данных, их представители в большей мере опасаются ухудшения своего экономического положения, а также готовы более решительно менять свою жизнь практически по всем направлениям. Однако наличия корреляций выявить не удалось. Вопрос требует дальнейшего исследования.

[4] Учет сдвига выборки при ответе на этот вопрос затруднителен, поскольку респонденты, с одной стороны, имеют конкурентные преимущества на рынке труда (образование), с другой – являются горожанами. А именно города в наибольшей мере ощутили связанный с пандемией экономический кризис. С учетом этих разнонаправленных факторов мы не видим оснований считать высокой вероятность того, что население в целом оценивает свои экономические перспективы существенно более оптимистично.


Публикации по теме:

Будьте в курсе,
подпишитесь на нашу рассылку

E-mail: info@eedialog.org

Все материалы сайта доступны по лицензии: Creative Commons Attribution 4.0
© 2019 Европейский диалог
escort eskişehir escort samsun escort gebze escort sakarya escort edirne