Как коронавирус изменил мир: итоги пандемии 2020

8 января 2021

2020 год начался с тревожных новостей из китайского Уханя. К лету весь мир погряз в локдаунах и нехватке антисептиков. Подводя итоги первого года мировой пандемии, делимся размышлениями экспертов о перспективах послековидного мироустройства

Коронакризис: жертвы и перспективы

Пандемия COVID-19 изменила наше понимание «нормального»: стандарты февраля 2020 тяжело сопоставить с реалиями конца года.

Хотя ожидания о тотальной смертоносности вируса не подтвердились, научный сотрудник Исследовательского центра по изучению Восточной Европы при Бременском университете и член Экспертной группы «Европейский диалог» Николай Митрохин уверяет, что изоляция войдет в привычку. В «замкнутых группах» граждане 80+ обречены, поэтому младшие члены семьи должны либо дистанцироваться, либо избегать пагубных контактов с потенциальными носителями. Воздержаться пожилым гражданам стоит и от походов в храмы: в Русской православной церкви групповой эффект уже выкосил «не менее 60 монашествующих и священнослужителей».

Самоизоляция бьет не только по социальным связям и религии, но и по экономике. На международной арене больше всего пострадал туризм: многие компании-перевозчики не смогут восстановиться. Порадовались пандемии только фармацевтические компании, провайдеры «электронных коммуникаций» и доставки, поставщики масок. Однако баланс спроса и предложения склонен меняться, поэтому говорить о смерти гостиничного и ресторанного бизнеса рано: даже если небольшое кафе соседа закроется, после «коронакризиса» на его месте откроется другое.

Вполне вероятно, что в 2021 многие кампании навсегда перейдут «на дистанционку», в публичных местах обоснуются измерители температуры тела, а в больницы завезут высокотехнологичное оборудование. Человечеству давно пора заняться биологическими исследованиями, вкладываться в научные центры и «трансграничную кооперацию».

Финансирование для подобных программ я предлагаю находить за счёт введения особого, эпидемиологического налога, на те виды отрасли развлечений, которые собирают большие массы народа и где очевидны сверхприбыли — т.е. спортивные и концертные. Налог предлагаю вводить на заработки спортсменов и артистов, получающих более 10 млн. долларов в год, и он должен быть существенным и достаточным для оплаты антиэпидемиологических мероприятий и исследований.

Полную статью читайте по ссылке ниже:

Авторитарно-демократическая изнанка

Экономические убытки и неподготовленность медицины к пандемии коронавируса – универсальный феномен как для авторитарных, так и демократических режимов. Владимир Гельман, член «Европейского диалога», профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге и университета Хельсинки, утверждает, что COVID-19 повсюду выявил проблемы, которыми долго пренебрегали.

Демократии очень зависят от общественного мнения. В странах, как Америка, главы правительств боялись вводить карантин, потому что локдаун отрицательно коррелирует с шансами на переизбрание. Среди обедневшего и частично безработного электората вырастет спрос на политику перераспределения, а в условиях кризиса такие предложения, как «базовый доход» невыполнимы. Вполне вероятно, что новоизбранные послекризисные верхушки будут метаться от одного политического предложения к другому в поиске оптимального.

В автократиях страх перед общественным недовольством значительно ниже. Турецкий президент Эрдоган и венгерский премьер-министр Орбан даже выиграли: усилили властные полномочия без вреда имиджу. Боятся автократы только времени: если кризис затянется, то экономический спад усилит общественную нестабильность. Зависимость от природных ресурсов в период мирового кризиса тоже бьет по интересам авторитарных лидеров: благосостояние России зависит от «гибкости политического руководства», что в централизованном государстве звучит как «миссия невыполнима».

Вряд ли кто-то удивился и стремлению ряда авторитарных лидеров от Беларуси до Туркменистана скрывать масштабы бедствия и игнорировать пандемию, и неэффективным попыткам руководителей от Москвы до Стамбула вводить жесткие, но непродуманные меры контроля над передвижением граждан, и уверенной реакции на кризис со стороны отдельных правительств от Дании до Новой Зеландии. Да, там, где общенациональной системы здравоохранения не было и ранее (а это не только бедные страны Третьего мира, но и США), или где она находилась в глубоком упадке (как в Италии), власти справляются с внешним шоком с огромными издержками, тем самым усугубляя и без того тяжелые проблемы в экономике. Но раньше или позже, пандемия закончится, и всем странам предстоит преодолевать ее последствия.

Полную статью читайте по ссылке ниже:

От индивидуализма к доминированию немецкой коалиции

В ЕС коронавирус показал проблемы с координацией: над единым планом действий работа началась не сразу и сопровождалась разговорами о сомнительной эффективности общеевропейского удара. За политику в сфере здравоохранения отвечают на национальном уровне, так что институты ЕС мало на что влияют.

Хотя страны-участницы и действуют в разнобой, вопрос о существовании Союза или Шенгенской зоны не стоит. Национальные элиты привыкли к плюшкам общего рынка, а сами европейцы наслаждаются отсутствием границ. «Страны-доноры европейского бюджета», такие как Германия или Нидерланды, стоят на страже валюты и не позволяют направо и налево штамповать «коронабонды». Для поддержания национальных экономик Европейский Центральный Банк продолжает скупать облигации, что удерживает итальянские ценные бумаги от ставок, превышающих 2%. В долгосрочной перспективе надежда только на донорство «Германии и союзников»

После кризиса главной задачей станет поддержание существующих наднациональных институтов власти. «Бюджетные дыры» неминуемы: в условиях падения ВВП налоговый пластырь мало эффективен. Оптимизировать бюджет ЕС будут страны-доноры, а европейскому Югу придется смиренно соглашаться.

Вот и получается, что оценка стресс-теста Евросоюза зависит от предъявляемых блоку ожиданий. С одной стороны, санитарный кризис — почти наверняка упущенный шанс, чтобы сделать уверенный шаг в сторону евроинтеграции; с другой, эпидемия — очередной вызов, который Евросоюзу удалось преодолеть, сохранив основные устои и не откатившись к национализму.

Полную статью читайте по ссылке ниже:

Государства-крепости новой Европы

Внутри национальных государств ЕС коронавирус тоже оставил свой след. Мы поговорили с профессором Института политических исследований Парижа Яном Ровни о будущем европейских партий и политических систем. Как оказалось, политическому противостоянию ничего не грозит, но приоритеты станут другими.

Пандемия внесла коррективы в политические системы: изменила повестку дня и скорректировала предпочтения электората. От новых реалий выигрывают партии, которые делают выводы из проступков и акцентируют внимание на здоровье населения. Угроза национальной безопасности и благополучию граждан отодвигает блага глобализации и переориентирует правительства на локальное производство средств защиты. В условиях пандемии экономическую выгоду от транснациональных медикаментов перевешивает стратегическая необходимость, поэтому в ближайшее время на местные рынки поступит больше национальных препаратов.

Возможно, появятся новые партии, но они скорее всего будут участвовать в обсуждении тех тем, которые уже сегодня стоят на повестке дня. Среди них – увеличение вложений в здравоохранение; более высокое качество жизни, окружающей среды, транспорта; поиск компромисса между защитой климата и экономическим ростом. Это не новые темы, но они приобрели большую актуальность.

Полную статью читайте по ссылке ниже:

Игра в имитацию и карнавализация смерти

В России правительство выстраивает стратегическую оборону не на фабриках, а в сознании граждан. Через медиа власть убеждает, что ситуация под контролем, и хвастается успехами в сдерживании «коронакризиса». Официальные СМИ делятся статистикой и напоминают о мерах предосторожности, тогда как настоящая буря разгорается в интернете.

Руководитель Центра философских исследований идеологических процессов Института философии РАН и член нашей Экспертной группы Александр Рубцов отмечает, что за «нервным весельем» в Сети стоит «скрытый страх». В век вакцинации и антибиотиков человечество стало беспечно относиться к вирусной угрозе. Пока не умрет кто-то из окружения, люди не воспринимают коронавирус, как нечто серьезное.

… карнавал заканчивается, как только умирает кто-то из близких — или просто знакомых виртуально, в одно-два касания. Тут же политическая комедия отделяется от человеческой трагедии, карикатурность власти — от жестких реалий жизни и смерти. Присутствие вируса начинает восприниматься почти телесно, на кончиках пальцев… И тут же человек сам возвращается к душе спасительной иронии.

Полную статью читайте по ссылке ниже:

Трансформирующая сила пандемии

Член Координационного совета «Европейского диалога» и профессор факультета права Высшей школы экономики по совместительству, доктор юридических наук Елена Лукьянова резюмировала основные тезисы про коронавирус и его преобразующую силу.

Прежде всего, небольшой вирус вывел мир из спячки и заставил адаптироваться. Правительства затянули кандалы, ограничив передвижение и доступ к общественным местам, а люди поняли, насколько важны демократические свободы. В современном глобализированном мире, где товары и услуги борются на конкурентном рынке, ограниченная мобильность заставила страны обратить внимание на собственные производственные возможности. Коронавирус мягко намекнул: «на партнеров надейся, а сам не плошай».

Во всех государствах мира пандемия показала истинное лицо политиков. В выигрышной комбинации главы прислушивались к нуждам сограждан и их удовлетворяли за счет налоговых поступлений. В успешных примерах выплачивались пособия бизнесу и достойные вознаграждения врачам за риски. Если же правительства выбирали путь вранья и безразличия, то местные забывали о рекомендациях и теряли доверие к действующей власти.

Уязвимость политиков перед общественным мнением усилили и возросшие требования к журналистике. За время локдаунов профессионализм и качество вернули статус наиболее ценных активов и отсеяли «дутые имена и фальшивые авторитеты».

Расширился круг тех, кто между развлечением и журналистикой стал делать выбор в пользу последней. Похоже, что после пандемии в мире «человека развлекающегося» журналистика сохранится как весьма узкий сектор отношений между теми, кто лучшим развлечением считает думание (Леонид Никитинский).

Полную статью читайте по ссылке ниже:


Публикации по теме:

Будьте в курсе,
подпишитесь на нашу рассылку

E-mail: info@eedialog.org

Все материалы сайта доступны по лицензии: Creative Commons Attribution 4.0
© 2019 Европейский диалог