Причины «антиэлитного шторма» во Франции: случай «желтых жилетов»

27.07.2021

Статья Александры Ватулиной рассказывает о феномене «антиэлитного шторма» на примере движения «жёлтых жилетов» во Франции. В стране с развитой демократической системой люди с доходами ниже среднего ощущают себя недопредставленными в органах власти. Это стало одной из главных причин формирования движения «жёлтых жилетов», в котором нет ярко выраженного лидера и которая демонстрирует пренебрежение к парламентским формам борьбы

Введение

«Антиэлитный шторм» выражается в бросании вызова тем, кто обладает властью, в отказе им в какой-либо легитимности, в обвинениях их в предательстве людей, которым управляющие должны были служить. Отказ от имущих, от истеблишмента, от тех, «кто живет за счет нас», является мощным двигателем социальной и политической мобилизации для граждан.

Одним из самых ярких проявлений подобного вызова элитам стало появившееся осенью 2018 года во Франции движение «желтых жилетов». Движение изначально возникло из-за экономических вопросов, вроде отмены налога на топливо и неудовлетворенностью падением уровня жизни, но быстро перешло к социальным и политическим сферам, выдвигая требования о народном референдуме, отставке Эммануэля Макрона и создании большего числа инструментов прямой демократии.

Кейс «желтых жилетов» был выбран для раскрытия темы «антиэлитного шторма», так как это движение является глубоко антиэлитным по своей сути: оно враждебно политическим представителям, избранным должностным лицам (и в первую очередь, президенту Республики), журналистам, общественным деятелям и СМИ, которых участники «желтых жилетов» подозревают в сговоре с политическим миром и, следовательно, в сокрытии правды в собственных интересах. Это движение интересно свой продолжительностью и упорством (существует уже третий год без особых успехов в выполнении их требований правительством), а также тем, что возникло в устоявшейся демократии, где нет серьезных проблем с низовым участием граждан и политическими институтами.

Исследуемая проблема будет проанализирована через призму политической науки. Целями данной работы являются:

1) определение причин «антиэлитного шторма» во Франции;

2) выявление трендов «антиэлитного шторма» во Франции.

Данная статья состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы. Во введении представлены цели, обоснование выбора темы. В первой главе описываются проблемы, с которыми сталкивается представительная демократия, в том числе падение популярности партий, и причины недовольства «желтых жилетов» правящей элитой. Во второй главе демонстрируются результаты анализа эмпирических данных: был проведен мониторинг комментариев в социальной сети Facebook. В заключении формулируются основные выводы работы.

Ограничения представительной демократии и поиск новых форм участия

В современном мире демократия — общепризнанный идеал, к которому следует стремиться. Однако на практике превозносимое самоуправление граждан, обладающих равными правами влиять на выбор лидеров и способных повлиять на политический курс, ограничено, и возникает разрыв между тем, что обещано и тем, что есть на самом деле. Расширение разрыва между идеальным и реальным приводит к антиэлитным протестам и требованиям пересмотреть существующую форму демократии. При этом общественный интерес к политике растет вместе с ощущением того, что политика действительно оказывает реальное влияние на жизнь людей (Schmitter, 2015: 34).

Представительная демократия, к которой относятся современные Западные общества, строится на принципе представительства, то есть легитимные правители отбираются через конкуренцию политических партий на регулярных и справедливых выборах. Но институты устроены недостаточно эффективно для того, чтобы транслировать голоса в политические решения. Не зря одним из требований «желтых жилетов» был созыв референдума по наиболее актуальным вопросам (L’Obs. ‘Gilets jaunes’: on a décortiqué chacune des 42 revendications du mouvement, 29.11.2018).

С точки зрения Альберта Хиршмана, современная политическая активность приобретает всё более индивидуализированную форму, которую можно оценить в двух измерениях: негативной — граждане отходят от общественной жизни, они больше заняты работой или досугом; позитивной — вместо ухода от политики теперь преобладают новые индивидуализированные формы коллективного участия (Hirschman, 2002: 132).

В этой парадигме появился тип гражданина-потребителя общественных благ и налогоплательщика, стремящегося максимизировать эффективность своих налогов (Faucher, 2015: 414). Устаревшие иерархические структуры партий не могут заинтересовать современных более индивидуалистически настроенных избирателей. Язык потребления натурализовался и стал доминировать, а политики всё чаще говорить, что они могут предложить на политическом рынке (Russell, 2005: 69).

Так, Лизабет Коэн отмечает, что всепроникающий неолиберализм конца двадцатого века еще раз переработал потребительское гражданство, поскольку он изменил деятельность правительства и политическое участие в рыночных условиях (Cohen, 2003). Автор через эту новейшую конфигурацию «потребитель-гражданин-налогоплательщик» объясняет, как неолиберальный дискурс побуждает граждан рассматривать налоги, голосование и другую политическую деятельность как рыночные сделки и судить о них по эквиваленту потребительской удовлетворенности: «насколько хорошо они чувствуют себя лично» (Ibid, 9).

Поворот к неолиберализму, дерегулированию и глобализации способствовал подрыву двух основополагающих принципов демократии: первый из них гласит, что авторитетно обязательные решения могут приниматься только теми, кто узаконен конституционно-демократическими нормами; второй принцип — это принцип политического равенства, который все больше подрывается асимметричным распределением социально-экономических ресурсов между гражданами, и в значительной степени в ущерб низшим классам (Merkel, 2019: 42). Чем больше прогрессирует экономическая разгосударствление и чем больше капитализм освобождается от своей социальной ответственности и превращается в нерегулируемый неолиберальный финансовый капитализм, тем более негативными являются последствия для правильной работы демократии (Ibid.). Одними из негативных эффектов неолиберализма для демократии, являются:

  1. Растущее социально-экономическое неравенство приводит к асимметричному участию в политической жизни. Чем ниже явка на выборах, тем выше социальная изоляция. При этом изоляция в большей степени касается низших социальных классов, что подтверждает и случай «желтых жилетов». Низший класс все больше самоустраняется от участия в политической жизни, что приводит к негативным последствиям для представления их интересов.
  2. Вторая причина напрямую вытекает из первой. Партии, максимизирующие голоса, испытывают искушение отказаться от внимания низших классов, так как последние не проявляют интереса к выборам. Левые партии, раньше традиционно защищающие уязвимые слои населения, эволюционировали в «кампусные партии» для интеллектуалов и белых воротничков.

Если в 80-е и 90-е партии не из истеблишмента представляли свежую альтернативу и были привлекательны для людей, обычно не голосующих и не вовлеченных в политику (Veugelers, 1997: 43), то сейчас и крайне правые (Национальное объединение) и крайне левые (Непокоренная Франция) не выглядят в глазах «желтых жилетов» представителями их интересов. Таким образом, протестные общественные движения, типа «желтых жилетов» являются альтернативой поддержки популистских партий, которые не оправдали ожидания избирателей. Эти партии интегрированы в систему, но они не влияют на политику и не могут представлять интересы своего электората.

Движение не нуждается в партиях, так как четко осознает, что они не в состоянии представить их интересы. Старые разделения по правому-левому спектру уже не актуальны, а новые во французской политике еще не оформились. Политические партии испытывают трудности с реагированием на свои традиционные электораты и поиском совместимых позиций по новым вопросам. В итоге, подавляющая часть участников движения «желтых жилетов» — это «забытая Франция», множество разобщенных получателей благ, невидимых для системы.

Получается замкнутый круг, из которого не выбраться, используя конвенциональные инструменты политического участия. Поэтому низшие классы, составляющие костяк движения «желтых жилетов», ищут альтернативные каналы, чтобы донести до элит свое недовольство проводимой политикой и повлиять на процесс.

Дискурсивное пространство «желтых жилетов»: анализ движения

Так как на телевидении и в традиционных СМИ к «желтым жилетам» относятся исключительно как к объектам, а не субъектам политического действия, единственным оставшимся полем для формирования своего контрвластного и антиэлитного дискурса у участников движения остаются группы в социальных сетях (в основном Facebook), где движение и зародилось.

В группах Facebook преобладают две тенденции. Одна группа участников хочет присоединиться к атрибутам существующей демократии. Другая группа выступает против системы и отторгает любые попытки властей найти компромисс с движением. Второй кластер подписчиков сильнее (их комментарии получают больше лайков и одобрительных ответов) и многочисленнее первых. Например, комментарий от 26 ноября 2018 года: «если Макрон подаст в отставку, то кто после, Меланшон, Ле Пен? это не народ создает партию во главе с народом для нас, политические партии закончились» (Facebook, la france en colere !!!, 26.11.2018).

Электоральное поведение в группе Facebook разделяется на умеренное и радикальное. В первом случае это желание найти достойную замену Эммануэлю Макрону, так как именно он рассматривается главным источником бед. Во втором случае граждане настроены радикально-негативно ко всей системе и пишут, что всё бесполезно, все партии и политики одинаковые и надо менять всю систему. Вторая группа конфликтует с первой. Так же по материалам эмпирического исследования обнаруживается, что широко представлено мнение о том, что и М. Ле Пен, и Ж.-Л. Меланшон не хотят быть избранными и являются сторонниками системы, чтобы успокаивать недовольных.

Через анализ постов и комментариев в Facebook четко видно недоверие «желтых жилетов» к партиям, политике и системе в целом. Движение не хочет контактировать с партиями и профсоюзами, а тех, кто пытается это делать, называет предателями и старается отмежеваться от них.

За неимением официальных форматов обсуждения политики участники движения организовали свой дискурсивное пространство в группах Facebook, где могут безопасно высказывать свои электоральные предпочтения, обсуждать политику и предлагать решения проблем. Сами участники «желтых жилетов» признают, что узнали больше о политике, присоединившись к движению и считают этот опыт для себя крайне полезным. Им интересна политика, и они хотят больше участвовать в принятии решений. Партии не воспринимаются как каналы доступа для участия в политической жизни. Участники движения ищут альтернативные способы видимости для политической системы и участия в политической жизни. Они придерживаются мнения, что существующая система, некомфортна для участия, не позволяет их голосам быть услышанными, поэтому «желтые жилеты» предпочитают в качестве компенсации неконвенциональные действия и формирование своего антиэлитного дискурса в социальных сетях.

Выводы

Участники «желтых жилетов» не считают, что их интересы представлены, поэтому подвергают легитимность правительства и партий сомнению. «Желтые жилеты» не доверяют партиям и не хотят встраиваться в отторгающую их систему. Избиратели стали менее почтительно относиться к партийным элитам, меньше привязываться к партийным ярлыкам, вместо этого они прибегают к беспартийным формам политической мобилизации, например через организации гражданского общества и протестные движения.

Нежелание участвовать в выборах и вступать в партии необязательно означает, что в обществе царит апатия к политической жизни. Наоборот, это может свидетельствовать о поиске других форм применения социальной энергии. В таком случае проявления «антиэлитарного шторма», как в случае с «желтыми жилетами», является следствием трансформации публичной жизни. Демократическая система стремится к более рассеянной форме.

Антиэлитный бунт «желтых жилетов» гораздо серьезнее, чем классовый конфликт, потому что он затрагивает основы демократической системы. Вот почему финансовые уступки властей в отношении налога на топлива не повлияли на радикальную часть движения. Остается вопрос, чем можно ответить на требования ввести элементы прямой демократии (например, референдумов) вместо сплошной представительной. Можно улучшить функционирование демократических институтов, но будет ли этого достаточно для ослабления напряженности? В этом есть сильные сомнения. Требования прямой демократии предполагают не реформирование старых институтов, а создание новых, позволяющих гражданам непосредственно решать конкретные вопросы, не оставляя их на усмотрение представителей или внедрение совещательных форм политической коммуникации.

Демократия движется к новым формам участия, основанным на обсуждении между самими гражданами или между гражданами и государственными должностными лицами. Обсуждение должно охватывать все формы взаимодействия, в которых граждане смогут высказывать свою позицию и слышать позицию других участников. Примеры институциональных совещательных структур включают в себя несколько форм так называемых мини-публик, а также советы по вопросам политики, бюджетирование на основе участия, планирование на основе участия и многоуровневое формирование политики.

Обсуждение — это высказывание мнений или требований, но требующее особого дискурсивного взаимодействия и обмена (Habermas, 1984). Совещательные формы коммуникативного обмена позволяют трансформировать позиции и предпочтения участников, основанные на рациональной аргументации (Ibid.). Основная идея заключается в процедуре, которая создает дискурсивную среду для небольших групп, способствующую предоставлению участникам достоверной информации по спорному политическому вопросу и организации дискуссии, в которой рациональные аргументы являются стандартом, и все имеют равные шансы на участие.

Таким образом, трендами «антиэлитного шторма» во Франции являются запрос на элементы совещательной демократии и формирование новой публичной среды. Радикальная демократия требует развития активной контрпубличности и связанного с ней дискурса, который может активно и эффективно оспаривать дискурсивные границы основной публичной сферы. Особенно стоит отметить значение новых каналов коммуникации — социальных сетей, вроде Facebook. Расширение пользования социальными сетями повысило политические навыки и ресурсы избирателей. В условиях недоверия элитам социальные сети становятся для граждан местом для выражения недовольства и обсуждения идей, как исправить ситуацию.

Также стоит отметить, что внутри национального государства образуются две противостоящие группы. Два антагониста, среди которых одни являются победителями от глобализации и чьи интересы лучше представлены в парламенте и других институтах, а другие — объективными проигравшими, чьи голоса для политической системы не слышны. Чувство формирования нации может быть утрачено в таком контексте. Демократия предается элитами, которые отнимают суверенитет у народа. Элиты принимают форму архетипических фигур: богатых, интеллектуалов, парижан, технократов, глобализированных акторов, оторванных от корней. Элита не является конкретным объектом, скорее это туманность, которую в народной мести нарекают удобным названием, чтобы оно звучало как лозунг.

Александра Ватулина

Работа была написана в рамках Третьего международного конкурса молодых европеистов «Россия, Европа, мир», организованного Экспертной группой «Европейский диалог» и Представительством ЕС в России при поддержке Фонда имени Генриха Бёлля. Подробная информация здесь

Список литературы
  1. Cohen, L. A Consumers’ Republic: The Politics of Mass Consumption in Postwar America. Vintage Books, 2003.
  2. Facebook. la france en colere !!! [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://www.facebook.com/groups/262974177695789/permalink/285296862130187/ (дата обращения: 29.04.2020).
  3. Faucher, F. (2015). New forms of political participation. Changing demands or changing opportunities to participate in political parties?. Comparative European Politics, 13, 405–429.
  4. Habermas, Jürgen. Theory of Communicative Action, Vol. 1: Reason and the Rationalization of Society. Boston, MA: Beacon Press, 1984.
  5. Hirschman, A.O. Shifting Involvements: Private Interest and Public Action. Princeton: Princeton University Press, 2002.
  6. L’Obs. ‘Gilets jaunes’: on a décortiqué chacune des 42 revendications du mouvement, 29.11.2018. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://www.nouvelobs.com/politique/20181129.OBS6307/gilets-jaunes-on-a-decortique-chacune-des-42-revendications-du-mouvement.html (дата обращения 11.05.2021).
  7. Merkel, W. (2019). Past, Present and Future of Democracy — Policy Review, In: European Commission, Directorate-General for Research and Innovation (Ed.): Past, Present and Future of Democracy — Policy Review, Publications Office of the European Union, Luxembourg.
  8. Russell, M. Must politics disappoint?. London: Fabian Society, 2005.
  9. Schmitter, P.C. (2015). Crisis and Transition, But Not Decline. Journal of Democracy, 26 (1), 32-44.
  10. Veugelers, J. (1997). Social Cleavage and the Revival of Far Right Parties: The Case of France’s National Front. Acta Sociologica, 40 (1), 31-49.

Публикации по теме:

Антиэлитный шторм в Германии. Куда дует ветер перемен?
Работа участницы конкурса молодых европеистов Виктории Березюк
Завершился Третий международный конкурс аналитических статей «Россия, Европа, мир»
О том, чьи работы вошли в тройку лучших — читайте в нашем материале
Сотрудничество Европейского союза и Российской Федерации в сфере образования
Статья Александра Гаджиева, лауреата Второго национального конкурса аналитических статей «Россия, Европа, мир»

Будьте в курсе,
подпишитесь на нашу рассылку

E-mail: info@eedialog.org

Все материалы сайта доступны по лицензии: Creative Commons Attribution 4.0
© 2019 Европейский диалог
escort eskişehir escort samsun escort gebze escort sakarya escort edirne